5 Things an OTW Volunteer Said

5 вещей, сказанных Наоми Новик

Почти каждый месяц OTW (Организация трансформационных работ) проводит сессию вопросов и ответов, где один из волонтеров делится своим опытом в организации. В этих постах выражено личное мнение волонтеров, оно может не отвечать взглядам OTW и не следовать ее политике.

В честь нашего десятилетнего юбилея в этом месяце мы подготовили специальные «ретроспективные» 5 вещей. Гость сегодняшнего поста — Наоми Новик, один из основателей OTW, бывший член Совета, в настоящем — сотрудник комитета Доступности, Дизайна и Технологий. Ниже представлен транскрипт интервью, укороченный и отредактированный для наглядности.

Каким был первый год OTW? Что стало самым запоминающимся?

Хорошее запоминается труднее, я заметила, что с годами в памяти остаются, в основном, проблемы. В начале нам пришлось проделать много работы, чтобы обнадежить людей в наших идеях, например, что ни у кого не возникнет [юридических] проблем, что у нас будет возможность предоставить авторам контроль над своими работами. Что еще запомнилось — некоторые ожидали от нас результатов через пять минут после нашего основания! Ну, знаете, а где же Archive of Our Own — AO3 (Наш архив) и так далее? Но все требует времени, OTW испытала много тех трудностей роста, что возникают когда ты пытаешься создать что-то из ничего. Но я следую принципу: куй железо пока горячо, лучше уж сделать что-то неидеальное, чем вообще ничего не делать.

Хотя стабильность организации одним энтузиазмом не поддержишь, этот энтузиазм все-таки надо уметь использовать. Нам было трудно совместить управление организацией и создание возможностей для ее роста. Сейчас я уже многое не помню, у меня на такие вещи плохая память: как только что-то перестает быть моей проблемой, я об этом забываю.

Например, создание и организация Коммуникаций [в OTW и как комитет]. [Ранние волонтеры] использовали LiveJournal, и, я думала, что для связи с общественностью достаточно будет Вестника OTW, а волонтеры просто будут создавать посты в своих журналах и общаться с другими фанатами индивидуально. Но такая система не сработала, сама я этим не занималась, но помню неудовлетворение от того, что успешно воспроизвести наши задумки не получалось.

Я работала над техническими проблемами, у нас и здесь было много разногласий. Вопрос был в том, с чего начать, спроектировать все по своему желанию, а потом создавать, или просто начать создавать? И я уверена, что мы пришли к правильному решению. Просто взяли и создали. В общем, я рада, что эта стратегия оказалась успешной, хотя мы знали, что проект, к сожалению, не идеален и не отвечает всем запросам, и, возможно, мы могли бы лучше. Это цена такого проекта, как архив.

По сути дела, я думаю, наш выбор был правильным, и мы не первая организация, пришедшая к такому решению. Мы могли пойти по другому пути, мы могли сделать это лучше. И за наш выбор нам придется платить еще долгое время. Но для меня главное то, что мы сделали хотя бы что-то. А сейчас уже работаем над стабилизацией. С самого начала к работе нас побуждало именно желание организовать проект и уже начать работать.

Какие ключевые моменты вы можете отметить в десятилетней истории OTW?

Когда мы начали работать вместе, нашим преимуществом было то, что нас было немного и, в основном, мы знали друг друга. Я, [в настоящем, сотрудник Права OTW] Ребекка Тушнет и [в настоящем, сотрудник Transformative Works & Cultures — TWC (Трансформационных работ и культур)] Франческа Коппа были знакомы, и, вместе с остальными первыми членами Совета, жили довольно близко друг к другу, и могли собраться и обсудить дела лично. Это сильно помогало. Также, разнообразие специальностей в этой группе было впечатляющим — юристы, ученые, профессиональные писатели, техники. Каждый из членов первого Совета стал опорой своего комитета. Мы были небольшой сработанной командой, где все могли быстро разрабатывать проекты в своих областях.

Через какое-то время, где-то в середине развития OTW, мы отошли от этой системы. Быть в Совете — это тяжелый труд, который отнимает огромное количество времени. Иногда я справлялась со своей работой хорошо, иногда — плохо. В основном это зависит от того, сколько времени ты и твои сослуживцы готовы потратить, способны ли вы эффективно сотрудничать и доверяете ли друг другу.

Думаю, был момент, когда мы достигли нижнего предела: во время среднего этапа. Согласно исследованиям, то через что прошла OTW — распространенный этап развития, через него проходят многие некоммерческие организации. Когда основатель или команда основателей берут на себя слишком много. В таких случаях возникает большое количество упущений. Присоединяются люди, вдохновленные основателями, видят уже существующие или только зарождающиеся проблемы, но решить их не могут, потому что им не предоставляют возможностей или связи с основателями, это, конечно, раздражает. И атмосфера портится, на личном или организационном уровне. Так что многие из тех, кто хотел стать частью Совета OTW, были против того, что происходило в самом Совете.

Совет испытывал трудности, организация в общем испытывала трудности, в то же время, люди в Совете знали о многих проблемах OTW, потому что к этому моменту участвовали и дискуссиях, и в спорах, и знали причины происходящего. Доверия в коллективе не было, и Совет стал попросту разобщенным. И он был не последним плохо функционирующим Советом.

Следующим этапом пришли люди, которые были рады просто заниматься своей работой в OTW, и, в принципе, не собирались становиться частью Совета. Но они видели проблемы, поднимались по служебной лестнице и узнавали, что происходит на ее верхушке. И хотя они бы предпочли оставаться при своих делах, совесть не позволяла оставить все просто так и не помочь решить сложившуюся ситуацию. Сейчас у нас как раз такой Совет, и это хорошо. OTW переросла трудности развития, что важно, потому что многие организации в них застревают, и не могут перейти к следующему этапу.

Разница в том, что хотя в первом Совете было много разногласий, мы знали друг друга еще до вступления в Совет и уважали умения товарищей. С одной стороны это хорошо, а с другой — мы обособились от остальных. Первые годы были временем начинаний — хочешь попробовать что-то, пробуй. Причин останавливаться не было. Не было вообще ничего, и мы могли просто создавать.
В начале у нас не было такого, что люди уже делали работу по-своему, и потом приходилось все менять — это только нарушает рабочий процесс. Особенно это касалось программирования, в ранний период все что мы делали — это создавали. Да и в общем, с технической стороны, многие предпочитают создавать что-то новое, а не поддерживать уже созданное. Так что начинать было довольно просто. Каждый к чему-то приложил руку. Никто из нас до этого не работал над проектом масштаба, которого сейчас достигла OTW, мы разбирались по ходу дела. Для некоторых труднее начать что-то, для других — поддержать и продолжить.

За время в OTW, каким из ваших достижений вы гордитесь больше всего?

AO3, он есть, он существует. На мета-уровне, когда я впервые опубликовала пост о задумке архива, я и не думала, что я буду его создавать. Я даже говорила, архив нам необходим, и если кто-нибудь возьмется за работу, я им помогу. Но никто не вызывался, и как помню, я подумала, я знаю, что на такой проект придется потратить огромное количество времени, эмоций, и цену за этот выбор придется платить до конца своей жизни. Но выбор я уже сделала.

Начальная дискуссия дала нам толчок и действовать нужно было незамедлительно. Озвученную идею необходимо воплотить, если упустишь момент, она ни к чему не приведет, так и останется идеей. Я опубликовала этот пост, потому что чувствовала себя безрассудно и просто верила; верила, что мы должны что-то сделать. Следовала клише ‘Сам обеспечь изменения, которые хочешь увидеть в мире.’ Я сказала Ребекке и Франческе: «мы это сделаем, но без вас я не справлюсь.» Они ответили: «хорошо, мы за.» Мы много говорили о проблемах, которые должна решить OTW, пора уже было начать действовать.

В чем, вы думаете, роль OTW и изменилась ли она с основания организации? Как она изменится через 10 лет?

Из тех вещей, что появились уже после создания, первой будет роль поддержки, например, обеспечение и обслуживание AO3. Теперь кроме AO3, еще и Fanlore (Фанлор), но Фанлор менее требователен. В смысле, держать на плаву его легче, развивать не менее трудно. Даже AO3 будет трудно развивать в последующие десять лет, просто потому что его надо будет постоянно обновлять до современного уровня. Уже должны вестись разговоры о версии 2.0, и, я думаю, они ведутся. Но через десять лет AO3 не должен выглядеть также как сейчас, и пора уже начинать строить планы [будущих изменений], а не откладывать это на потом.

Мы взяли на себя ответственность и я знаю: даже в самые темные моменты в Совете, когда я боялась, что абсолютно все сотрудники-программисты уйдут и некому будет работать над AO3, что удерживало людей [не бросать волонтерство], даже когда решения проблем у нас и близко не было, это инерция и нежелание подвести. Наступает момент, когда личная цена продолжения работы над проектом слишком высока, и если мне [лично] необходимо продолжать работать, он просто не выживет. На этом этапе моей жизни я не могла быть единственно ответственной за разработку и обслуживание того, что мы начали. У меня родился ребенок, жизнь менялась. Я пыталась достучаться до Совета, что удавалось с трудом, и сказать им, что если вы не доверяете сотрудникам делать свою работу, и не предоставляете пространства для расширения, проект просто не выживет. Над ним работало всего несколько человек, и продолжают работать всего несколько, но сейчас развивать AO3 нам помогают подрядчики, и у нас есть план обслуживания.

Нам всем нужно достойно соглашаться и достойно терпеть провалы. И может настать день, когда свет не включится. Может настать день, когда мы больше не сможем поддерживать архив, но работы останутся доступными для скачивания, и мы предоставим всю информацию тому, кто сможет. Это то, от чего пытается нас спасти проект Open Doors (Открытые двери), есть сайты, которые просто закрываются, до свиданья, все ваши работы пропали. [Сайт] iMeem поступил так с фанатами-виддерами. Однажды они просто перестали размещать видео. Я настаиваю, что мы обязаны этого избежать, это наша миссия, главная цель OTW. Я думаю, мы ей следуем [поддерживаем и обслуживаем наши проекты], и я этому рада.

Я думаю, что касается юридической стороны, мы справляемся намного лучше, что замечательно, и я горжусь всеми достижениями нашей команды Юридической поддержки. Наблюдать за их победами было удивительно. OTW с помощью Открытых дверей проделала хорошую работу по сохранению фан-работ, я бы хотела, чтобы мы на этом сконцентрировались, на сохранении. Но основная вещь, над которой стоит работать — будущее поколение. Фандом сильно вырос, и нам не нужно задействовать абсолютно всех, OTW не обязана быть «для всех». Но нельзя отставать от молодежи, например, надо больше взаимодействовать с Wattpad. Думаю, некоторые находят AO3, ожидают от него чего-то, и уходят, так и не поняв, что же он из себя представляет.

Чего я не хочу, это чтобы OTW изменилась, стараясь быть «стильной, модной, молодежной». Мы хотим быть библиотекой: скучным местом, о котором, тем не менее, все знают, и которое всегда доступно для нуждающихся.

Что было самым увлекательным во время волонтерства в OTW?

Разработка AO3. Мне нравится программировать, я получаю удовольствие, когда программирую и разрабатываю что-то. Я люблю этим заниматься, нет ничего лучше.


Вот один из основателей поделился с нами пятью вещами, теперь ваша очередь! Давно ли вы знаете об OTW? Какими из наших проектов вы пользуетесь? Как долго вы были в фандоме?

Ознакомьтесь с с предыдущими Пятью вещами, сказанными нашими волонтерами.

Этот новостной пост переведен волонтерами-переводчиками OTW. Чтобы больше узнать о нашей работе, посетите страницу «Переводы» на transformativeworks.org.